В начале лета на сайте http://www.change.org.ru, где каждый желающий может выложить свою петицию, чтобы собрать подписи, появилось обращение доктора филологических наук, в прошлом профессора МПГУ Александра Камчатнова под громким названием “Остановите разгром Московского педагогического государственного университета”. Текст, адресованный администрации Президента РФ и Правительству РФ, на сегодняшний день собрал 9288 подписей. Многие подписанты — бывшие выпускники и преподаватели МПГУ, есть даже коллективные письма студентов с разных факультетов.

Разгромом педобразования в МПГУ автор считает внедрение универсального бакалавриата (по образцу западных Liberal Arts). Оно, по словам профессора, “сводится к сокращению теоретической, то есть специальной предметной подготовки студентов, к существенному уменьшению доли важнейших профильных дисциплин в создающемся учебном плане и новой образовательной программе”. Вина за “разгром”, по мнению автора, лежит на новом руководителе вуза (напомним, после шумного скандала с диссоветами в МПГУ был сменен ректор). Не будем останавливаться на роли личностей в этой истории — дело Минобрнауки разбираться с ректором подведомственного вуза (и, судя по сообщениям в прессе, оно обещало это сделать). Отметим другое: в петиции нет ни слова об участии МПГУ в Проекте по модернизации педагогического образования, в рамки которого описанные изменения в образовательном процессе МПГУ вполне укладываются. Возможно, автор по каким-то причинам не считает нужным говорить об этом. А возможно, он просто не в курсе образовательной политики, которую сегодня проводит Минобрнауки по отношению к педвузам. Все началось два года назад — после того, как по результатам мониторинга 2012 года оказалось, что признаки неэффективности имеют 71,43% педвузов (30 из 42) и 78,38% их филиалов (29 из 37).

Что же происходит сегодня в педагогических вузах?

“Надо, чтобы учителя знающего заменил учитель, умеющий работать с детьми” — так обозначил основную идею Проекта по модернизации педагогического образования один из научных соруководителей Центра управления проектом Анатолий Каспржак. Ходу выполнения этой амбициозной программы обновления педобразования было посвящено недавнее совещание в Минобрнауки с участием представителей вузов — победителей конкурсов в рамках Проекта модернизации и вузов-соисполнителей.

Как отметил министр Дмитрий Ливанов, вступивший в действие новый профессиональный стандарт учителя задает новую планку — предъявляет новые требования к учителю. Это, по словам министра, должен быть человек, который не только знает свой предмет, но и занимается развитием личности ребенка, умеет работать как с успешными, так и с трудными детьми, может экспериментировать и создавать новые педагогические методики. Оканчивая вуз, начинающий учитель должен быть “подготовлен со всех точек зрения — с теоретической и практической”. Решить задачу подготовки таких специалистов и призван Проект по модернизации педобразования. Он предполагает разработку новых образовательных программ педагогического образования: прикладного и академического бакалавриата, прикладной и исследовательской магистратуры. После “обкатки” в участвующих в проекте университетах эти программы смогут использовать и другие вузы, где готовят учителей.

О предыстории проекта рассказал заместитель министра образования и науки Александр Климов. Два года назад началась работа над Концепцией модернизации педобразования, которая активно обсуждалась общественностью в течение всего прошлого года и “вобрала в себя идеи и мнения самых широких кругов педагогического сообщества” (по словам замминистра). Параллельно шла работа над новым профессиональным стандартом педагога. Несколько месяцев назад был предложен к обсуждению Проект по модернизации педобразования. Как охарактеризовал его А.Каспржак, “это нетипичный проект ФПРО, поскольку подразумевает массовое внедрение”. Минобрнауки, по его словам, обозначило лишь рамки проекта, но не предъявило жестких требований к его результатам. Поэтому на вузы — участники проекта ложится большая ответственность: Концепцию модернизации педобразования превратить в проект, позволяющий настроить систему на подготовку учителей, которые отвечали бы требованиям нового профстандарта.

В ходе проекта, заявил А.Каспржак, должны быть решены две ключевые задачи: “принципиальное повышение качества подготовки учителя” и “преодоление последствий двойного негативного отбора” (в педвузы сегодня идут не самые сильные выпускники школ, а в школы приходят не самые сильные выпускники вузов). Достичь этого предполагается двумя путями: во-первых, разделением обеих ступеней образования (бакалавриата и магистратуры) на прикладную и академическую (исследовательскую) и, во-вторых, созданием общедоступной открытой библиотеки модулей основных образовательных программ подготовки педагогов, которые разработают вузы в ходе проекта. После окончания академического бакалавриата и исследовательской магистратуры предлагается присваивать степень, после прикладных бакалавриата и магистратуры — квалификацию.

Как рассказал второй научный соруководитель Центра управления проектом, первый проректор Московского государственного психолого-педагогического университета (МГППУ) Аркадий Марголис, уже в ближайшие годы по новым образовательным программам обучатся более 2,5 тысячи студентов, более 3 тысяч преподавателей пройдут повышение квалификации. Вузов — непосредственных участников проекта — всего 13 (в том числе МГППУ, МПГУ, РГПУ им. А.И.Герцена, педуниверситеты Нижнего Новгорода, Новосибирска, Ульяновска, Сибирский, Казанский (Приволжский), Северный (Арктический) и Южный федеральные университеты, МИСИС и др.). Апробировать разработанные участниками программы выразили желание еще около 30 вузов.

Планы реализуются, что называется, с колес — апробация новых программ в высших учебных заведениях должна начаться уже в сентябре.

“Этот проект — серьезная заявка на хороший вектор развития педагогического образования”, — подчеркнул ректор МГППУ Виталий Рубцов, выступая на проблемном семинаре “Модернизация педагогического образования в РФ”. Там же обсуждали и сложности внедрения стандарта профессиональной деятельности педагога в России.

По словам Александра Климова, таких масштабных проектов с участием педвузов в стране не было давно. Главный ожидаемый результат — существенное обновление программ и технологий подготовки учителя уже через два-три года. Предполагается, что в ходе проекта будет создана сеть из вузов, школ и педагогических колледжей. Цель — “достичь изменений не в отдельных точках — всю систему педагогического образования поднять на новый уровень”.

Как считает научный руководитель Института образования НИУ ВШЭ Исак Фрумин, реальный результат проекта можно будет оценить не через два, а как минимум через четыре года, когда выйдут из вузов первые студенты, обучавшиеся по новым программам.

Новая система подготовки педагога предполагает так называемую вариативную подготовку — свободный вход в профессию и выход из нее. То есть после двух лет универсального (или “широкого”, как его называют) бакалавриата студенты могут менять свои образовательные траектории: кто-то, осознав, что учителем ему быть не хочется, уйдет учиться чему-то другому, а кто-то, наоборот, придет с других факультетов на педагогический. Однако, подчеркнул И.Фрумин, “широкий бакалавриат” должен обязательно включать педагогические мастерские. “Механически, без включения новых форм работы со студентами новую систему педобразования не внедрить”, — подчеркнул он. Та педагогическая практика, которую сегодня проходят студенты в педвузах, конечно, дело хорошее, однако “в целом, это не та рефлексивная работа, на которой вырастает учитель”. Практика для будущего учителя должна стать тем же, чем является работа в клинике для будущего врача, когда студенты-медики вместе со своими профессорами ведут больных и могут непосредственно наблюдать, как мэтры медицины собирают информацию, анализируют ее, принимают решения о лечении…

Петиция в защиту МПГУ, похоже, только часть айсберга, то есть сопротивления со стороны преподавателей педвузов происходящим изменениям. Сомнение в правильности выбранного пути, казалось, проскользнуло и в вопросе одного из участников семинара: можно ли за два года сформировать личность учителя — человека, готового вести за собой учеников? Не превратится ли он в простого транслятора знаний? Вспыхнула небольшая дискуссия. “Мы отвечаем за организационные формы, вы — за содержание, — отозвался А.Климов. — А если человек четыре года проболтался на программе педобразования, значит ли это, что его можно допускать к школьникам? Всегда так было: кто-то амбразуру грудью закрывает, кто-то в кусты заползает… Кто детей не любит, того и за сорок лет не выучить. Вопросы справедливые — вы и решайте, сколько лет и чему учить. Новый Закон об образовании и новые стандарты дают много свободы в разработке программ”. Его поддержал И.Фрумин: “Вопрос, по сути, о том, можно ли построить гибкую программу обучения, которая обеспечивала бы владение студента ключевыми компетенциями, как предметными, так и собственно педагогическими. Отдельные эксперименты показывают, что можно. Удастся ли это сделать в массовом порядке — не ясно. Но согласен с замминистра: когда человек переходит на педагогическую специальность, имея возможность остаться на той, где учился, это свидетельствует об осознанности его выбора. И это, как известно, самое главное условие успешного профессионального обучения”.

Сроки выполнения Проекта по модернизации педобразования очень жесткие. Вопросов — много. Но все же, похоже, Президент РФ и руководитель правительства — не те люди, которые смогут на них ответить. Как заметил Евгений Ямбург, Заслуженный учитель РФ, академик РАО, директор Центра образования №109, руководитель коллектива разработчиков профессионального стандарта педагога, “хотим мы того или нет, перемены неотвратимы. Они уже наступили”. В силу многих причин (медицинских, психологических, социальных, демографических) количество проблемных детей в российских школах растет с каждым годом. Недаром в профстандарте появилось требование к учителю: уметь отслеживать динамику развития ребенка. Сегодня, привел цифры Е.Ямбург, 90% учителей этого делать не умеют.

Одни педагоги считают, что введение нового стандарта ничего не даст, другие — что образование станет еще хуже. Более “конструктивной и профессиональной” Е.Ямбургу представляется позиция коллег, “готовых бесстрашно идти навстречу переменам, осознавая, каким тернистым будет путь”. Широкое обсуждение стандарта профессиональной деятельности педагога в разных регионах России, по его словам, показало, что таких людей не так мало, как кажется на первый взгляд.